Шли на дно, на дно, на дно...
От станции Пери на север,
Сминая заснеженный клевер,
Плелась вереница полков
И перистых фронт облаков:
Предвестье ненастной погоды
Последнего месяца года.
Отнюдь не торжественным маршем
На лыжах в колонну за старшим
Бойцы не спешили на тризну
По павшим во имя отчизны
На злом водоскате, воспетом
Твардовским — советским поэтом.
Другой — Долматовский Евгений —
Писал про Коуккуниеми,
Где Яковлев (7-командарм)
Велел обустроить плацдарм,
Сполна получив окорот
От створки широких ворот.
Войну ту забудут потомки.
Разбитых строений обломки
Составят лишь память о ней,
Да копоть обугленных пней.
Лёд с кровью в промокших бахилах
И слёзы на братских могилах.
(С) Федотов Валерий Павлович, 30.11.17
К столетию независимости Финляндии и 78-летию начала Зимней войны с ней; в память об участнике Зимней войны Владимире Сергеевиче Михайлове, двоюродном брате моей мамы.
Сминая заснеженный клевер,
Плелась вереница полков
И перистых фронт облаков:
Предвестье ненастной погоды
Последнего месяца года.
Отнюдь не торжественным маршем
На лыжах в колонну за старшим
Бойцы не спешили на тризну
По павшим во имя отчизны
На злом водоскате, воспетом
Твардовским — советским поэтом.
Другой — Долматовский Евгений —
Писал про Коуккуниеми,
Где Яковлев (7-командарм)
Велел обустроить плацдарм,
Сполна получив окорот
От створки широких ворот.
Войну ту забудут потомки.
Разбитых строений обломки
Составят лишь память о ней,
Да копоть обугленных пней.
Лёд с кровью в промокших бахилах
И слёзы на братских могилах.
(С) Федотов Валерий Павлович, 30.11.17
К столетию независимости Финляндии и 78-летию начала Зимней войны с ней; в память об участнике Зимней войны Владимире Сергеевиче Михайлове, двоюродном брате моей мамы.